Сурдоперевод

Леонид НЕТРЕБО

СУРДОПЕРЕВОД

Сергей обнаружил себя перед зеркалом. Впервые за долгие недели – во весь рост. Оценил: только потери… Стал ниже и старее. Попробовал отвести туловище назад, распрямился. Бесполезное притворство. Глаза печально запали и матово, без блеска, высматривали из-под бровей – повисших крыльев больной птицы. Серые щеки казались небритыми, хотя Сергей “надраил” их электробритвой в поезде два часа назад, когда подъезжали к морю. Вместо прежнего румянца два серых пятна – впадины, в которых поселилась тень.

Он вышел из сумрака комнаты на солнечный балкон, ожидая увидеть то, к чему добирался с надеждой несколько дней, – хотя бы узкую, однако свежую синюю полоску. Но кроны эвкалиптов разрешали взгляду только белесое полуденное небо. Вместо шелеста волн – налаженная, почти сонная суета дома отдыха, сезонной середины.

Сосед по номеру прибыл вечером. Сразу и невольно: “Динозаврик”. Впечатление, что блестящая, отполированная голова никогда не знала волос. Глаза навыкат. Средняя часть тела массивна, особенно живот, который активно подыгрывал носителю, угодливо подергиваясь при разговоре, смехе. Хозяин не обращал на балласт никакого внимания. Так же, как и на четыре своих “беспечных” конечности, которые, похожие пара на пару, поражали тонкостью, но не хилостью, несмотря на желеобразные мешочки в тех местах, где полагается быть мускулам. Казалось, поменяй местами руки и ноги – Динозаврик не сразу это заметит. 

Collapse )

Сингарелла













Леонид НЕТРЕБО


СИНГАРЕЛЛА


                        "Еще не известно, кто из нас люди – лошади, или мы"


                                                                                     /Уильям Фолкнер/


– Виски, сигару, сомбреро!.. –


…и заказчик, буддийским болваном, фамильярно крутнулся на вертящемся стуле, вбирая чумным взглядом круговую панораму кафе, оттого картина, ставшая на тормозе карусели, изобильная бутылями и фужерами, еще плыла и качалась, – пока пошаливали в инерции глазные яблоки.


Старый бармен, похожий на седого грифа, проглотил кадык и поправил бабочку, – красную в белый горошек: он всяких клиентов видел…


…Седой Гриф степенно налил виски в рубиновый хрусталь, изящно повёл пальцем, – и беременный тюльпан, скользя по льду мрамора, подплыл к ковбою, не обронив капель.


Засеребрился причудливый канделябр, зажглась чёрная свеча – одна.


Душисто взорвалась упаковка, сверкнули ножницы, орлиный взгляд указал на кончик сигары:


– Отрезать или откусите?


– А сомбреро? – давясь крепким дымом, прохрипел наглец.


Гриф помедлил, снисходительно улыбаясь, – достал газету, положил перед собой и стал загибать углы…

Collapse )

РЖАВЫЙ КУЛИК

Леонид НЕТРЕБО

РЖАВЫЙ КУЛИК

Утром жена приводила в порядок мой любимый коричневый костюм, вынула из нагрудного кармана ресторанную салфетку.

– Хорош ты был вчера, Куликов, фирменный салфет со стола увел. – Она развернула жесткий накрахмаленный квадрат. – Так, попробуем разобрать письмена на кабацких скрижалях. “Сияние Севера”, ну, это точно не ты вышивал, я бы заметила. А вот - чернилами… Слушай и вспоминай. Кажется, начало трактата:

“Пангоды – ржавый кулик на болоте.

Звездный штандарт над языческой речью…”

– Кулик! Я всегда тебе говорю: не запивай коньяк шампанским. Учти, завтра будет только чай с тортом. Ты успеешь?

– Успею…

– Смотри. Мы с Вовкой спать не ляжем, будем ждать. Он ведь даже друзей не пригласил, так и сказал: только семья. Как отрезал. Совсем взрослый стал “куличок” наш… Не опаздывай.

– Ну что, берем? – спросил Борька, дизельная душа, смеясь и тормозя, когда неизвестно откуда – то ли из зарослей багульника, то ли из редкого чахлого березняка – на обочине дороги появилась девичья фигура, одетая в джинсы и штормовку, обутая в низкие резиновые сапожки.

До Пангод оставалось совсем немного. Августовский день заканчивался отсутствием теней и оттенков. Наверное, поэтому девушка сливалась с кустами поблекшего иван-чая, с серыми стволами лиственниц, с белесой песчаной дорогой. Две поджарые собаки, стальная и рыжая, проводили ее до кабины и, не оглядываясь, неторопливо потрусили в сторону от трассы, быстро исчезая в ягельном мареве.

Collapse )

Простреленный





Леонид НЕТРЕБО

ПРОСТРЕЛЕННЫЙ

…Пуля навылет – ему показалось, что он ее увидел, звякнувшую и покатившуюся по каменному тротуару, побежавшему вниз. И он сам, необычно напрягшись, как бы покатился без сил, на одном ускользающем разуме, на понимании того, что нельзя останавливаться, нельзя показывать тем, кто сейчас смотрит в спину, что его прошило насквозь: пусть думают, что это он просто так на секунду остановился, оттого, что рядом прожужжало что-то, щелкнуло по дувалу, чиркнуло по камням. Нельзя показывать кровь, которая, наверняка, уже залила всю пазуху и спину, и сейчас просочится сквозь гимнастерку, туго обхваченную ремнем, и закапает на камни. Они увидят это в бинокль и сейчас же пойдут следом.

Collapse )

ПОЛЯРНЫЕ СОВЫ С ДИЭЛЕКТРИКОМ

Леонид НЕТРЕБО

ПОЛЯРНЫЕ СОВЫ С ДИЭЛЕКТРИКОМ

Что такое конденсатор? Ни за что не угадаете. А это вот что: две полярные совы с диэлектриком.

Никогда не спорю с дураками и шибко грамотными – себе дороже.

А поскольку кругом, как на подбор, одни такие (сам я человек средний), то по большей части приходиться вести себя нейтрально. Молчать или улыбаться из вежливости – на глупости одних и умничанья других. Поэтому в коллективе меня за глаза называют соответственно жизненной позиции: вежливый молчун. Или: улыбчивый молчун. Без всякого там сарказма, беззлобно. Я не против – ведь, получается, ни умным, ни глупым зацепиться не за что. А злиться им и без меня есть на кого – друг на друга. Энергию девать некуда. Умные аж трясутся, когда их не понимают глупые, а глупые скрипят зубами на грамотных – за то, что из понятных вещей делают невесть что.

Я по молодости пробовал в такие «полярные» диалоги впрягаться. Результат – сами знаете какой: двое дерутся, третий виноват. Нет уж, я лучше губы растяну, когда меня в свидетели привлекают (скажи, мол, принципиально, как на твой взгляд, на чьей стороне правда?). Где понимающе, где нейтрально – улыбнусь. Или сделаю вид, что не расслышал, или задремал, или – некогда мне. Интересно, но некогда – извините, опаздываю, побежал.

Но, увы, убежать не всегда получается. Работа такая.

Collapse )

ПОЛУОСТРОВ НАЛИМ

Леонид НЕТРЕБО

ПОЛУОСТРОВ НАЛИМ

Времена романтического Севера кончились. Большинство нынешних северян никакие не бродяги и даже не охотники и не рыбаки. Живут в многоэтажных домах, смотрят телевизор, блуждают по Интернету. В соответствующий сезон некоторые, исключительно ради разминки, гуляют по грибы и ягоды, а самые ленивые, но компанейские, иногда жарят шашлыки на ближайшей облезлой опушке. 

“Скукотища. Причём, скукотища особая, северная. Более цепляющая за живое. В думах о неиспользуемых потенциалах в череде убегающих лет. Ведь стоят наши северные города, по сути, посреди тайги, тундры. И неспроста, видимо, нордическое небо посылает нам особые знаки замысловатыми переливами полярного сияния. И говорит оно: о, люди, вы – часть природы!..” И так далее.

Collapse )

ПОДУТЬ НА ШАРОВУЮ МОЛНИЮ

Леонид НЕТРЕБО

ПОДУТЬ НА ШАРОВУЮ МОЛНИЮ

1.

…Прочь, мятая шторка, и – шаг вперед. Сейчас он искупается в яростных лучах софитов, в дожде оваций, в восхищенных взглядах поклонниц… 

– Слишком вычурный фасон!.. – просто сказала жена, при этом вскинутые брови и распахнутые глаза вполне годились для нежданной встречи после долгой разлуки. Ноты и мимика не соответствовали: так странный человек, закинув голову к небу, вдруг заговорит о земле; или, глядя на языки пламени, изречет нечто, относящееся к противной стихии. 

Впрочем, этот эпизод произошел чуть раньше и, наверное, на самом деле, разноречивость жестов и слов, если и случилась, то лишь слабо выраженной, а может быть, и вовсе отсутствовала. Но потом, как это часто бывает, представилось, что именно отсюда завязался сюжет…

Казалось бы, что сверхъестественного в том, что у человека в автобусе тайно изъяли (или все же, точнее сказать, украли) – не важные документы, не полсостояния, – а всего лишь кошелек с отпускной зарплатой, пусть даже и предназначавшейся для покупки давно желанного выходного костюма? Однако Жоржу это событие вдруг отчетливо высветило всю глубину его жизненной нетвердости, униженности перед рядовыми, в общем-то, обстоятельствами. Нет, дело, конечно, не в кошельке. Все гораздо печальнее и ужаснее.

Вечером жена, кажется, окончательно успокоившись, устало заключила: «Жулики не лезут в карман к кому попало. Значит, к тебе можно». Это был более чем диагноз, – приговор. 

Collapse )

московский импрессионизм

Леонид НЕТРЕБО

МОСКОВСКИЙ ИМПРЕССИОНИЗМ

Конец отпуска я провел в деревне, у дальних родственников, которых не видел лет сто. Настал день, когда нужно было выбираться в столицу, где назавтра меня ожидал привычный многочасовой авиарейс на северо-восток страны, домой. Давно заметил, что если дело касается обратной дороги, то уже в аэропортах чувствую себя почти дома – именно в залах ожидания начинаю отходить от перипетий отпуска, который каждый год полощет горемыку-северянина по всей стране, а бывает и за ее пределами: родственники, море, личные дела и тому подобное. Как говорится, возможны варианты, но результат примерно один и тот же: к концу маршрута – выжатый лимон, с нелогичной, казалось бы, радостью: «Ура! – кончился отпуск!» Не все жители Большой Земли могут поверить в подобную извращенную радость, но это так. 

Для того чтобы попасть в столицу из этих чертовых куличек, на которых угораздило родиться моим родственникам, мне нужно было пешком добраться до трассы; оттуда, надежнее всего – попуткой, до районного центра, от которого рукой подать до железнодорожного вокзала. И через несколько часов я в столице. В общем-то, не самый худший вариант для наших просторов. Может быть, зря я про чертовы кулички: уж если упоминать подобные мистические понятия, то уместнее относительно тех пунктов, куда я направляюсь и где постоянно проживаю.

Collapse )

МИССИС СМАЙЛ

Леонид НЕТРЕБО
                             МИССИС СМАЙЛ
Время от времени, помимо воли, я отрываюсь от бессмысленной пестроты журнальных картинок и взглядываю на нее. В этом – моя непреодолимая подчиненность чему-то внешнему. А может быть, внутреннему. Поэтому я “делаю вид”: пытаясь обмануться, заставляю себя смотреть на объект моего притяжения с интересом, будто мне действительно необходимо это созерцание. (Но тайком – иначе, я знаю, ей мое внимание будет обидно.)
Получается: смотрю чуть дольше, чем определено мне моим труднообъяснимым страхом. Чтобы внушить себе: я – хозяйка, смотрю куда хочу и сколько хочу.

Я не люблю зависимости, поэтому друзья считают меня сильной. На самом деле это выглядит иначе: не люблю, потому что страдаю от всякой, даже малой, зависимости. Я слабая.

Collapse )

МИДИИ НЕ РОДЯТ ЖЕМЧУГ



Леонид НЕТРЕБО

МИДИИ НЕ РОДЯТ ЖЕМЧУГ

1. Ихтиандрик

– А это что там, белое, вроде пены? – спросил Николай у начальника лодочной станции, по всей видимости, хронического почитателя Бахуса, чей виноградно-кислый дух насквозь пропитал деревянную будку с обшарпанной вывеской “Прокат”.

– Мидии, – коротко ответил лодочник, обмахиваясь засаленным журналом и влажно моргая, – плантации. Белое – поплавки. Брать что будете – лодку, велосипед?

– А сколько до них?

– До мидий? Миля. На лодке, без опыта, спина в мыле, – полчаса.

– Беру лодку. На сто двадцать минут.

– Ну-ну… – лодочник лениво качнул подбородком в сторону причала: – Вон ту, красную, – и слегка посуетился, нахмурив брови: – Только осторожно!.. А то отвечай за вас. Потом скажите – не проинструктировал. Если что, я вас туда не сватал. – Он раскрыл регистрационный журнал и, напялив на красный нос очки с грязными стеклами, возвестил тоном армейского командира, почти прокричал: – За вторые буи не заплывать!.. Спасательный жилет даю, как инвентарь. Все понятно? – Он повертел головой, как бы ища свидетелей, и перешел на нормальную речь: – Нырять умеешь? За крупными – глубже. Сверху – фраера давно ободрали, мелочь одна. Отваришь, поджаришь в масле, и с пивом – м-мм!.. Деликатес – во!.. – И уже вдогонку, когда Николай отчалил от дощатой пристаньки: – Рубашку надень, сгоришь!..


Collapse )