Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Чубчик

Леонид НЕТРЕБО

ЧУБЧИК

Приятель мой и одноклассник Пашка, в отличие от меня, всегда был лысым. В семье у них, кроме Пашки, бегало еще четверо сыновей. И все они, сколько я их помнил, всегда были стриженными налысо. Этим они очень походили друг на друга, их можно было перепутать с затылков. Хотя, все были, разумеется, разного возраста и характера. Я всегда подозревал, что причина их затылочной универсальности в том, что отец Пашки, дядя Володя, родился, как он сам говорил, безволосым. Очевидно, подтверждал мой папа эту версию, дядя Володя не хотел, чтобы наследники хоть в чем-то его опережали, пока он жив, – настолько ревниво относился к лидерству в семье. Наверное, думал я, развивая папину шутку, если б было возможно, сосед остриг бы и тетю Галю, Пашкину мать, под ручную машинку – его любимый инструмент, который он прятал от семьи в платяном шкафу под ключ. Но сделать такое – неудобно перед соседями. Хотя вполне приемлемо было иной раз, по пьяной лавочке, громко, на всю улицу – открытым концертом, «погонять» тетю Галю, в результате чего она, бывало, убегала к соседям и пережидала, пока дядя Володя не успокоится и не заснет.

Collapse )

Фартовый Чарли

Леонид НЕТРЕБО

ФАРТОВЫЙ ЧАРЛИ

Чарли всегда умудрялся взять стол не на отшибе, но и не в середине зала, а где-нибудь у центрального окна, – дабы не задевали без необходимости снующие официанты и публика из числа танцоров, в то же время, чтобы кампанию было видно и посетителям, и музыкантам. Как правило, столик на шестерых; пять персон – девочки. На острие всеобщего внимания единственный мужчина шестерки – великолепный Чарли. Он в белом костюме, вместо тривиального галстука – золотистая бабочка. Наш “Чарли Чаплин” гораздо крупнее одноименной кинозвезды, осанка прямая, что делает его раза в полтора выше знаменитого англичанина. Лоб высокий, броский, с глубокими для двадцати двух лет пролысинами. Широко расставленные глаза настолько велики и выпуклы, что собеседнику, словно ученику на уроке биологии, предоставляется редкая возможность видеть, как происходит процесс моргания: верхние веки, отороченные кудрявыми ресницами, как шоры обволакивают глаза, смазывая глазные яблоки, а затем медленно задираются вверх. Густые брови недвижимо застыли, взметнувшиеся к небу, в вечном удивлении – дальше удивляться просто некуда, что непостижимым образом придает лицу уверенность, замешанную на равнодушии к внешней суете. Танец в исполнении Чарли собирает, кроме девушек его стола, всех резвящихся на пятачке возле оркестрового подиума. Никому и в голову не приходит, что этот супермен в белом костюме, руки в карманах брюк, – всего лишь студент технического института. 

Collapse )

ЛУНАТИК

Леонид Нетребо

Лунатик

Гоша, мой сосед по комнате, был лунатиком. Каждую ночь, часа в три, он поднимался с постели, напяливал брюки, обувал тапочки, вставлял в рот сигарету, зажимал в ладошку спичечный коробок и выходил из комнаты.

Поскольку санитарно-гигиенические удобства находились в дальнем конце коридора, то ещё с полминуты я слышал его удаляющиеся шаги.

Те из студентов, кто изредка заставал его в это время в туалете, рассказывали, что он молча, не закрывая дверцу кабинки, пристраивался на унитазе, выкуривал сигарету, потом, как полагается, шёл в умывальник и после этого возвращался в комнату. На первый взгляд, всё как обычно. Но все понимали, что это не Гоша, а его автопилот.

Уснуть мне до возвращения «ушедшего на автопилоте» не удавалось, а поскольку и я был курящим, то тоже неспешно вставал и выходил из комнаты. Обычно я встречал его уже возвращающимся. Георгий, всегда уверенно, как танк, занимая середину коридора, шёл навстречу – и я на всякий случай сдавал вправо, почти прижимаясь к стене. Лунатик проходил мимо – серьёзное лицо с полуоткрытыми глазами. Обращать его внимание на себя, вставать на пути или окликать я не решался, понимая, что тревожить блаженных странников в активном цикле их космического полёта чревато непредсказуемыми последствиями.

Collapse )

ЛЮГРУ

Леонид НЕТРЕБО

ЛЮГРУ

Некогда я закончил автошколу ДОСААФ в провинциальном городе солнечного Узбекистана, где имел счастье родиться и прожить детские и юношеские годы.

…Группа семнадцати-восемнадцатилетних курсантов, будущих водителей-профессионалов, именовалась несколько сурово и таинственно для нашего юношеского понимания: спецконтингент. Причина была в том, что учились мы от военкомата, который готовил кадры для Советской армии. Занятия посещали вечером, хотя имелись и дневные группы. Каждый из нас где-нибудь работал на ученических должностях слесарей и строителей – это было уже хорошо для предармейского периода. Некоторые сверстники, в отличие от нас, слонялись без дела, умудряясь в эту неустойчивую пору не только стать завсегдатаями инспекций по делам несовершеннолетних, и даже конкретно КПЗ, но и вполне взросло схлопотать «статью», которая в дальнейшем открывала горизонты отнюдь не радужные.

Collapse )